Эдмунд Гуссерль · 1/2

1Эдмунд Гуссерль — философ, основатель феноменологии — направления в философии XX века, определявшее свою задачу как беспредпосылочное описание опыта познающего сознания и выделение в нём сущностных черт.

2<Мартин Хайдеггер> является одним из самых выдающихся представителей немецкого экзистенциализма.

3Мартин Хайдеггер, самый способный ученик Гуссерля, основателя феноменологии.

4§ Содержание

5§ Отсылки Кастанеды к Гуссерлю и феноменологии

6§ Мои работы — это феноменологический отчет

7Ответ: Не имею ни малейшего представления. Я не изучал ни одной из них. Мои работы - это феноменологический отчет о мире познания, в который ввел меня дон Хуан Матус. С точки зрения феноменологии как философского метода невозможно давать определения, относящиеся к изучаемому объекту чувственного восприятия. Мир дона Хуана Матуса настолько обширен, настолько таинствен и противоречив, что он не годится для упражнений в линейном толковании: самое большее, что можно сделать, - это просто описать его, и уже одно это требует величайших усилий.

8§ Существует возможность "откладывания суждений"

9— Искусство мага состоит в том, чтобы научиться обнаруживать и разрушать эти стереотипы восприятия, — сказал он.

10Жестом, который я истолковал как намекающий на бесчувственность всех и огромную утомительность жизни в повседневной скуке, он спросил нас: что всё это, что окружает нас? Здравый смысл был бы тем согласием, к которому мы пришли после долгого образовательного процесса, который навязывает нам обычное восприятие как единственную истину. Точно. Искусство волшебника, по его словам, состоит в том, чтобы научить обнаруживать и разрушать предубеждение восприятия.

11Кастанеда считает, что Эдмунд Гуссерль был первым западным ученым, который понял, что существует возможность "откладывания суждений" (suspending judgement) . В своей книге "Идеи чистой феноменологии и феноменологической философии" (1913) Гуссерль изучает вопросы <Эпохе или (the era or)> "феноменологической редукции". Феноменологический метод дает представление о тех элементах (doesn't deny but simply puts into parentheses — не отрицает, а просто помещает в скобки те элементы), которые поддерживают наше обычное восприятие (perception).

12Кастанеда считает, что феноменология дала ему хорошее теоретическое и методологическое обрамление (framework) для восприятия учения дона Хуана. В феноменологии, акт познания зависит не от восприятия (perception), а от намерения воспринимающего. Восприятие всегда меняется в зависимости от истории или от приобретенных знаний субъекта и всегда входит в определенное русло (that is to say, according to the subject with knowledge acquired and immersed in a determined tradition — то есть от субъекта, обладающего знаниями, приобретенными и погруженными в определенную традицию). "К самим предметам!" — так звучит главное правило феноменологического метода.

13— Задача дона Хуана по отношению ко мне, состояла в том, чтобы мало-помалу разрушить мои предрассудки восприятия (perceptive prejudices), достигнув тем самым полного разрыва (rupture). — Феноменология откладывает в сторону "суждения" и ограничивает все простым (pure — чистым) актом намерения. — Так, например, я создаю такой объект как дом. Влияние феноменологии при этом минимально (The phenomenological reference is minimal — феноменологическая ссылка минимальна). "Намерение" — это то, что трансформирует мое отношение в нечто совершенно конкретное и исключительное (The 'intention' is what transforms reference into something concrete and singular — Намерение это то, что трансформирует ссылку во что-то конкретное (твёрдое) и единственное (определенное, исключительное)).

14Кастанеда считает, что феноменология, бесспорно, имеет малую методологическую ценность. Гуссерль не смог превзойти уровень теории, и как следствие этого мало соприкасался с людьми в своей повседневной жизни.

15Феноменология, без сомнения, имеет для Кастанеды простую (прямую) методологическую ценность. Гуссерль никогда не выходил за рамки теоретического и, как следствие, он так и не каснулся человеческого бытия (in all his days — идиома: никогда не видел за всю свою жизнь).

16§ Кастанеда обсуждал с доном Хуаном некоторые места из «Идей» немецкого феноменолога Эдмунда Гуссерля

17Одновременно с полевой работой среди индейцев Карлос изучал традиционных академистов, таких, как Талькотт Парсонс и философ-лингвист Людвиг Виттген-штейн. Он начал применять классические термины к феноменам мира дона Хуана.

18«Я начал понимать магию в терминах мысли Талькотта Парсонса о глоссах, — говорит Карлос. — Глосс — это совокупная система восприятия и языка. Например, эта комната является глоссом. Мы собрали в общую массу серию изолированных восприятии — пол, потолок, окно, лампы, ковры и т. д. — и сделали из них единое целое. Но нам пришлось научиться точно так же собирать мир. Ребенок прощупы-вает мир с помощью немногих уже заложенных мнений, пока не научится видеть все в соответствии с общепринятыми описаниями. Мир представляет собой согла-шение. Система глоссирования отчасти напоминает хождение. Нам приходится учиться ходить, но, научившись, мы пользуемся при ходьбе лишь одним способом. Нам приходится учиться видеть и говорить, но, научившись, мы подчиняемся син-таксису языка и образу восприятия, который он содержит».

19Работа в университете дала ему новый язык и понимание в подходе к результа-там его полевой работы, но в языке были ограничения. Карлос говорит, что одна-жды читал дону Хуану фрагмент из Виттгенштейна. Старик только рассмеялся.

20«Твой друг Виттгенштейн слишком крепко затянул петлю у себя на шее, так что уже никуда не может двигаться».

21§ Он использовал феноменологию Гуссерля

22— Я лично, — продолжил говорить он, после небольшой паузы. — Работаю над чем-то вроде журнала, это что-то вроде учебника. Я ответственен за эту работу. Мне хотелось бы найти серьезного издателя, чтобы опубликовать его и участвовать в его распространении среди тех, кто им заинтересуется, а также учебными заведениями.

23Он сказал нам, что этот журнал состоит из 18 частей, в которых он обобщил все учение Тольтеков. Для того, чтобы сделать эту работу понятной и создать теоретическое обоснование, он использовал феноменологию Гуссерля.

24— На прошлой неделе я был в Нью Йорке, — сказал он. — Я пришел с этим проектом к Саймону и Шустеру, но получил отказ. Похоже, что они испугались. Это такое произведение, что оно вряд ли будет иметь успех.

25— Только я один несу ответственность за то, что написано в этих 18 частях, и как видите, я потерпел неудачу. Словно 18 раз я упал и ударился головой. Я согласился с издателями, что это действительно тяжело читать. Дон Хуан, дон Хенаро и остальные, они совсем другие чем я. Они так непостоянны! — (Позже, в телефонном разговоре Кастанеда сказал, что Саймон и Шустер в конце концов решили принять проект журнала, о котором он так беспокоился).

26— Я называю эти части журнала элементами, потому что каждая из них показывает, как разрушить элементы обыденности. Наше единственное восприятие может быть нарушено множеством способов.

27§ Феноменология

28Термин феноменология уже использовался в философских кругах с 1700 года. Тогда он означал абстрагирование сознания и опыта от их реальности интенциональных составляющих и обсуждение их в рамках философии, или также он обозначал исторические исследования в области самоосознания, начиная от первичных чувств и заканчивая разумной мыслью.

29Тем не менее, именно Гуссерль дал ей форму, которая существует в настоящее время. он определил Феноменологию, как философский метод для изучения сущностей, и акта введения этих сущностей в ткань повседневного опыта. Он считал ее трансцендентальной философией, которая имеет дело лишь с тем, что остается после того, как производится редукция. Он называл эту редукцию словом epoche, что означает заключение мнений в скобки или откладывание суждений. "Назад к предметам" - это было девизом Гуссерля, когда он говорил о каких-либо философских или научных предмет. Для того, чтобы вернуться к предметам, Гуссерль предполагал вводить в любой философский предмет, в виде его целостной части такую редукцию, которая утверждала бы существование мира до того, как начинается рефлексия. Он предполагал феноменологию как метод достижения живого опыта, как он возникает во времени и пространстве, это попытка напрямую описать опыт так, как он происходит, без остановки для определения его происхождения и объяснения его причин.

30Для того, чтобы выполнить эту задачу, Гуссерль предложил понятие epoche: полное изменение позиции, философ движется от самих вещей к их значениям, или, иначе говоря, от реальности воплощенных значений - ядра науки - к реальности значений, в том виде, в каком они переживаются непосредственно в окружающем мире.

31Позже, другие западные философы определяли и заново определяли феноменологию для того, чтобы приспособить ее к своим частным концепциям. В настоящее время феноменология - это философский метод, который не поддается определению. Утверждается, что она все еще находится в процессе поиска своего определения. Подобная гибкость - это то, что интересует магов. В ходе своего взаимодействия с доном Хуаном Матусом и другими практикующими его линии, непосредственно на себе испытав их шаманские практики, я пришел к выводу, что заключение мнений в скобки или откладывание суждений, которое Гуссерль постулировал, как суть редукции любого философского предмета, невозможно выполнить в том случае, если это просто упражнение для интеллекта практикующего.

32Один человек, обучавшийся вместе с Мартином Хайдеггером, который был студентом Гуссерля, рассказывал, что когда Гуссерлю задавали прагматический вопрос, как можно выполнить эту редукцию, то он отвечал , - Как, черт побери, я могу это знать? Я ведь философ. - Современные философы, которые переработали и расширили параметры феноменологии никогда на самом деле не обращались к практической стороне применения феноменологии. Для них феноменология осталась чисто философской темой. Поэтому, в их реальности, это заключение мнений в скобки остается просто философским упражнением.

33В мире магов, откладывание суждения - это не просто самое желательное начало любого философского и практического исследования, а необходимый элемент любой шаманской практики. маги расширяют параметры того, что они могут воспринять, до тех пор, пока они не смогут воспринимать неизвестное. Для того, чтобы осуществить этот подвиг, они должны отложить эффект их обычной системы интерпретаций. Этот акт осуществляется не как акт выбора, а скорее как акт выживания. В этом смысле, практикующие систему знаний дона Хуана находятся на шаг впереди философов, занимающихся интеллектуальными упражнениями. В этом разделе журнала предлагается следовать утверждениям, сделанным философами, а также кореллировать их при помощи практических достижений магов, которые, как ни странно, во многих случаях разрабатывали свои практики сходными путями с теми, которые были предложены западными философами.