Зоар. Берешит 8

1ДА ПРОИЗРАСТИТ ЗЕМЛЯ ЗЕЛЕНЬ, ТРАВУ И Т. Д. По сему повелению «земля» произвела воинство чрез те воды, кои собрались воедино и таинственно текли сквозь нее, так что возникли в ней сокровенные небесные существа и священные бытия, кои поддерживаются, питаются и непрестанно обновляются верными из рода человеческого чрез поклонение, возносимое ими своему Владыке.

2На сию тайну указывает стих: «Произращающий зелень для Бехемы» (скота) и т. д. (Пс. 104, 14). Сие относится к Бегемоту, что возлежит на тысяче гор и для коего горы сии производят каждодневно то, что именуется здесь «зеленью», под чем разумеются те ангельские существа, чье бытие эфемерно и кои сотворены были во второй день как предназначенная пища для оного Бегемота, который есть «огонь, поядающий огонь».

3Псалмопевец продолжает: «и траву на службу человеку», указуя «травою» на ангельские чины, именуемые Офаним (колеса), Хайот (животноподобные) и Херувимы, кои все поддерживаются, питаются и утверждаются всякий раз, когда смертные существа приходят поклониться своему Владыке с жертвами и молитвами, в коих состоит «служение человека», и поелику они укрепляются в силу оного служения человека,

4произрастает пища и пропитание для мира, как написано: «дабы произвести хлеб из земли» (Там же). То же подразумевается здесь словами ТРАВА, СЕЮЩАЯ СЕМЯ. Ибо «зелень» не дает семени, но предназначена лишь в пищу священному огню, тогда как «трава» содействует поддержанию мира.

5Все сие имеет целью «произвести хлеб из земли», то есть доставить, в силу служения, возносимого их Владыке сынами человеческими, пищу и пропитание из земли для мира сего, дабы благословения небесные сошли на человечество.

6ДЕРЕВО ПЛОДОВОЕ, ПРИНОСЯЩЕЕ ПЛОД. Ступень над ступенью, сии соединяют мужское и женское. Подобно тому как «дерево плодовое» произвело сонм «деревьев, приносящих плод», так и сии последние, в свою очередь, произвели «Херувимов и Столпы». «Столпы» суть те, что восходят в дыме жертвоприношений и почерпают силу свою оттуда, и посему именуются «столпами дыма», и все они пребывают непреложно для «служения человеку», тогда как «трава» не имеет постоянства, будучи обречена на снедь, как написано: «Вот бегемот, которого Я создал, как и тебя; он ест траву, как вол» (Иов 40, 15).

7Слова «дерево плодовое, приносящее плод» указуют на образ мужского и женского в сочетании. Лики их — «как подобие лица человеческого» (Иез. 1, 10), но они не таковы, как Херувимы, имея лики великие, покрытые брадами, тогда как у Херувимов лики малые, подобные ликам нежных младенцев. Все образы заключены в них, ибо они суть «великие лики». На них начертаны образы, подобные начертаниям Имени Божественного по четырем странам света: Востоку, Западу, Северу и Югу.

8Михаэль запечатлен на Юге, и все лики обращены к нему, а именно: «лик человека… лик льва… лик вола… лик орла» (Там же). «Человек» подразумевает союз мужского и женского начала, без коего имя «человек» (Адам) не нарекается. Им образуются подобия колесницы Божией, как написано: «(На) колеснице Божией тьмы тысяч Шин’ан (ангелов)» (Пс. 68, 15):

9слово ШИН’АН выражает посредством своих начальных букв все сии образы: Шин означает Шор (вол), Нун — Нешер (орел), а Алеф — Арье (лев), конечный же Нун формой своею являет человека, ходящего прямо и мистически соединяющего в себе мужское и женское. Все те тысячи и тьмы ангелов исходят от тех, кто символизирован именем Шин’ан, и от сих первообразов они разделяются по своим сонмам, каждый в подобающую ему сторону.

10Сии четыре все переплетены и сопряжены друг с другом, а именно: вол, орел, лев, человек. Деяние их направляется четырьмя начертанными именами, к созерцанию коих они восходят.

11«Вол» восходит, дабы искать водительства и взирать в лик «Человека». С ним восходит некое имя, увенчанное и начертанное в двух мистических образах, представляющих имя Эль (Бог). Затем оно обращается вспять, и престол высекает и запечатлевает его, и оно отпечатлевается на нем, дабы пребывать под водительством сего мистического имени.

12«Орел» восходит, дабы искать водительства и взирать в лицо «Человека». Восходит с ним иное имя, что увенчано и начертано в двух мистических образах, дабы воссиять, вознестись и быть увенчанным на высоте; сие являет свойство «Великий». Затем он обращается вспять, и престол начертывает его, и он запечатлевается на нем, дабы быть под водительством сего мистического имени.

13«Лев» восходит, дабы искать водительства и взирать в лицо «Человека». Иное имя восходит с ним и венчается и начертывается в двух мистических образах, дабы облечься силою и мощью, являя свойство «Могучий». Он обращается вспять, и престол начертывает его, и он запечатлевается на нем, дабы быть под водительством сего мистического имени.

14«Человек» созерцает всех их, и все восходят и созерцают его. Так все они запечатлеваются в сем образе в едином мистическом имени, известном как «Грозный» (Нора). Так написано о них: «И подобие лиц их — как лицо человека» (Иез. 1, 10). Все они объяты в том подобии, и то подобие объемлет их всех.

15В силу всего сего Святой, благословен Он, именуется Богом Великим, Могучим и Грозным, ибо имена сии начертаны вверху на вышней колеснице, коя заключена в четырех буквах Тетраграмматона, каковой есть имя, объемлющее все. Подобия сии начертаны на престоле, и престол украшен ими: одно справа, одно слева, одно спереди и одно сзади, соответственно четырем сторонам мира.

16Престол, когда он восходит, запечатлевается сими четырьмя подобиями. Сии четыре горних имени несут престол, и престол заключён в них, и собирает жатву страстных вожделений. Когда же собрал он сии вожделения, нисходит он с бременем своим подобно дереву, отягчённому ветвями со всех сторон и полному плодов.

17Едва лишь он нисходит, сии четыре подобия выступают в различных своих образах, испуская яркие вспышки, рассеивающие семя по миру. Посему написано: «трава, сеющая семя», ибо сии рассеивают семя по миру.

18Но об исхождении подобия человека, кое вмещает в себя все прочие подобия, написано: «дерево плодовитое, приносящее по роду своему плод, в котором семя его на земле». Оно не производит семени, кроме как для размножения. Следует заметить речение «в котором». Оно учит нас, что человеку не подобает изливать семя своё втуне.

19На сие намекает слово «зелень», коя не «сеет семени», и посему не имеет постоянства, как прочие, не имея никакого подобия, кое могло бы быть изваяно или запечатлено каким бы то ни было образом. Таковые вещи являют себя лишь затем, дабы исчезнуть: они не обрели формы и подобия и не имеют постоянства; они существуют лишь миг, а затем поглощаются тем огнём, поядающим огонь, и беспрестанно обновляются и поядаются.

20Человек здесь, внизу, обладает идеальным образом и подобием, но он не столь непреходящ, как те вышние существа. Сии образованы в надлежащем своем образе без всякого внешнего покрова, видоизменяющего его. Посему они неизменны; тогда как человек внизу обретает образ через посредство внешнего покрова. Посему он пребывает лишь на время,

21и каждую ночь дух совлекает сие одеяние, и восходит, и пожирается тем поядающим огнем, а затем возвращается в прежнее свое состояние и вновь принимает тот же внешний образ. Посему они не имеют того же постоянства, что те вышние образы, и в намек на сие написано: «новы каждое утро» (Плач 3, 23), то есть человеческие существа, обновляемые всякий день. Причина же в том, что «велика верность твоя» (Там же) — велика, а не мала.

22«Велика верность твоя»: воистину велика, ибо способна поддержать всех созданий мира и вместить их всех в себе, равно вышних и нижних. Она беспредельного простора, она поглощает все и не становится полнее. На сие намекает стих: «Все реки текут в море, но море не переполняется, и т. д.» (Еккл. 1, 7). Они текут в море, и море принимает и поглощает их и не наполняется, а затем возвращает их в прежнее их состояние. Посему «велика верность твоя».

23В повествовании о сем (третьем) дне дважды написано «что это хорошо», ибо стал сей день посредником между двумя противоположными сторонами и устранил раздор. Сказал он сей стороне «хорошо», и другой стороне «хорошо», и примирил обе. Оттого находим дважды написанным в повествовании о нем: «и сказал». С сим днем связана тайна имени из четырех букв, изваянного и начертанного, кое может составить двенадцать (перестановками), соответственно четырем образам с четырех сторон, начертанным на святом престоле.