Сефер Йецира (Книга Творения) 1

1ЯХ, АДОНАЙ Воинств, Бог Израиля, Бог Живой и Царь Мира, ЭЛЬ ШАДДАЙ, Милосердный и Благостный, Высокий и Превознесенный, Пребывающий Вечно Вверху, Свято Имя Его — Он высек 'Деяние Творения' — это не абстрактный глагол בָּרָא bara 'сотворить', использованный в [Бытие 1:1]. Вместо этого СЙ предпочитает глаголы, относящиеся к процессам ремесленников и мастеров, в частности каменотесов: חָקַק chaqaq 'высекать, выдалбливать', חָצַב chatzav 'тесать', שקל shaqal 'взвешивать', יָסַד yasad 'основывать', יָצַר yatzar 'образовывать, придавать форму, ваять' — последний дает название книге, סֵפֶר יְצִירָה Sefer Yetzirah, буквально 'Книга Формования', но традиционно переводимая как 'Книга Творения'. и сотворил Свой Мир 'и сотворил Свой Мир' в этом стихе. В этих версиях Бог просто חָקַק chaqaq 'высек', без явно выраженного дополнения. См. также СЙ 5:4, где Бог просто יָסַד yasad 'основал', без явного дополнения. в Тридцати Двух и 22 Буквах Основания. Вместе они представляют математико-лингвистические основания Творения; см. примечания к 1:2 ниже. Хотя число 32 далее не обсуждается после СЙ 1:1, последующие комментарии связывали его с 32 упоминаниями имени אֱלֹהִים Elohim в [Бытие 1]. В Бахире Тридцать Два Пути связаны с гематрическим значением слова לֵב lev ‘сердце’ ([Бахир 63], [Бахир 95] среди прочего ср. СЙ 6:1-3) и с 32 цицит (кистями) талита (молитвенного облачения) [Бахир 92]. Дивных обычно подразумевает то, что приближается к пределам или превышает пределы чьих-либо способностей, постижения или воли, напр., [2 Царств 13:2], [Второзаконие 17:8], [Левит 27:2]. Оно имеет тенденцию употребляться в отношении вещей изумительных, чудесных или иным образом сверхъестественных и экстраординарных, т. е. того, что превосходит человеческую способность исполнить или понять, и потому должно быть божественным, напр., [Второзаконие 28:59], [Псалом 118:23], [Псалом 139:6]. Появление этого корня во вводном абзаце СЙ служит напоминанием о том, что хотя мы и приступаем к тексту, богатому ярким, заземленным символизмом — и даже антропоморфизмом, — нам не следует спешить принимать подобный символический язык чрезмерно буквально. См. также СЙ 1:8 о пределах знания. Путей 'стезя, путь, тропа, (насыпная) дорога' появляется в основном в поэтических разделах Танаха, очень часто как синоним или параллелизм к דֶּרֶךְ derekh 'дорога, путь'. Эта конкретная фразеология — один из нескольких намеков на то, что СЙ может разделять определенное литературное родство с Сифрей Эмет, поэзией Псалмов, Притчей и Иова. Подробности см. в Ronit Meroz (2007), "Between Sefer Yezirah and Wisdom Literature: Three Binitarian Approaches in Sefer Yezirah", в Journal for the Study of Religions and Ideologies 6(18), сс. 101-142. Мудрости из Притчей 1, 8 и 9, особенно [Притчи 8:22], излюбленного стиха еврейских мистиков. Мероз утверждала, что СЙ представляет Мудрость [חָכְמָה Chochmah] как соучастницу Бога в Деянии Творения. Подобный взгляд находит отражение в мидрашистской и каббалистической литературе, где Тора или Мудрость выступает участником или инструментом в Деянии Творения; см., напр., Мидраш Танхума 1:5 на [Бытие 1:1], Зогар 1:3a среди прочего. ’, я нахожу, что аллитерация ‘Дивных Путей Мудрости’ удачно воспроизводит выбор поэтического словаря СЙ. На всем протяжении текста я старался подбирать аллитерационные или параллелистические переводы всюду, где счастливые совпадения иврита и английского языка разумно это допускают, дабы воссоздать плавные переходы СЙ между прозой и поэзией — эффект, слишком легко утрачиваемый при переводе., тремя лингвистическими инструментами: с Исчислением, с Письмом и с Речью., и общей грамматической изобретательностью СЙ. Текст глубоко сосредоточен на роли языка в Деянии Творения. По-видимому, он мыслит язык состоящим из трех частей: исчисления или математики, т. е. 10 Сефирот Белима из СЙ 1 и формульного подсчета букв и элементов творения на всем протяжении текста); письма, т. е. 22 Букв Основания, обсуждаемых в СЙ 2-5; и речи или произношения, т. е. СЙ 1:9, 2:3, 4:1. В иврите, разумеется, имеется несколько глагольных корней, относящихся к одной или более из каждой из этих трех граней языка. Однако лишь один, ספ״ר SPR, способен описать все три: счет (סָפַר safar 'он считал', מִסְפָּר mispar 'число, счет'), письмо (סֵפֶר sefer 'книга, свиток') и говорение (סִפֵּר sipper 'он поведал, изложил', סִפּוּר sippur 'повествование, рассказ'). Корень ספ״ר также используется для чеканки нового метафизического термина סְפִירוֹת Sefirot, о котором см. СЙ 1:2 ниже. По этим причинам я полагаю, что первое употребление корня ספר SPR в СЙ 1:1, форма множественного числа ספרים SPR-im, вовсе не относится к какому-либо конкретному существительному, но скорее к совокупности слов, образованных от абстрактного, идеализированного корня ספ״ר SPR. Такой способ мышления о языке наделяет сам ивритский корень определенной метафизической реальностью — сущностью, из которой более конкретные воплощения отдельных слов могут онтологически нисходить и в конечном счете кристаллизоваться в конкретную речь или материальную действительность. Корень SPR, таким образом, несет уникальную метафизическую значимость для СЙ, в одиночку представляя тотальность языка, посредством которого мир был сотворен и поддерживается. Поскольку каждое из следующих трех слов, произведенных от корня SPR, призывается в качестве орудий в Деянии Творения, я перевел SPR-im как “лингвистические инструменты” — неизящное приближение к изящной металингвистической идее, значение которой пленено частностями грамматики иврита. Три следующих далее употребления корня SPR, “с ספר SPR и ספר SPR и ספור SPWR”, интерпретируются здесь соответственно как סָפַר safar ‘считать’, представляющее счет/математику; סֵפר sefer ‘свиток, книга’, представляющее письмо; и סִפּוּר sippur, представляющее речь. Слово סָפַר safar формально является спрягаемой глагольной формой, а не существительным, как того требует синтаксис. Оно может также огласовываться как сопряженный инфинитив סְפֹר sefor, однако, учитывая грамматическую игривость СЙ в целом, я не вижу причин, почему бы тексту не упиваться косвенным превращением глагола вроде safar в абстрактное существительное."]

2Десять СЕФИРОТ БЕЛИМА — весьма трудное речение. СЙ есть первое место во всей еврейской литературе, где появляется слово sefirot, и хотя термин сей ныне знаком читателям по трудам средневековых каббалистов и позднейших, употребление сего термина в СЙ существенно разнится с текстами позднейшими. Оно никогда не предстаёт в СЙ само по себе, обретаясь лишь в устойчивом речении Сфирот Белима. Само по себе слово sefirot есть отглагольное существительное множественного числа от סָפַר safar «считать», означая, таким образом, буквально «исчисления». Его, вероятно, надлежит понимать на одном из уровней как указание на десять знаков десятичной системы счисления, хотя, как мы узрим, сии Сфирот Белима исполнены метафизического значения, превосходящего простые числа. Выражение בְּלִי[]מָה beli[-]mah может быть понято либо как одно слово, либо как два, причём оба прочтения правдоподобны и, быть может, преднамеренны, а рукописи обыкновенно разнятся между слитным и раздельным написанием. Если читать его как единое слово, оно должно быть отглагольным существительным от בָּלַם balam «обуздывать, удерживать, воздерживать (от)»; см. СЙ 1:8. «Десять Сфирот Белима» предстали бы тогда как «Десять Чисел Обуздания». В сем истолковании они суть десять стихийных сущностей или свойств, кои связуют либо обуздывают изначальное תֹּהוּ tohu, «хаос, пустоту, запустение» [Бытие 1:2], дозволяя структуре и порядку пребывать в творении. С другой же стороны, если בְּלִי מָה читать как два слова, оно представляет собою выражение beli mah, буквально «без чего». Сие загадочное выражение встречается в Танахе лишь однажды, в [Иов 26:7], где, восходя мыслью к [Бытие 1:2], служит параллелизмом изначальному tohu. Лучше всего его можно было бы калькировать как «бесчтойность», означающее «не имеющие сущности», и тем самым «Десять Сфирот Белима» стали бы «Десятью Бессущностными/Бесчтойными Числами». СЙ благоволит подобной грамматической игре, как уже было явлено выше в своеобразном употреблении трёх корней spr в СЙ 1:1 и как будет явлено позже в игровых выражениях, подобных וְעָשָׂה אֵינוֹ יֶשְׁנוֹ ve'asa eino yeshno «и соделал не-сущее сущим» (СЙ 2:6). Позднейшие толкователи, разумеется, открыто связали Десять Сфирот Белима с ныне привычными Десятью Сфирот, обретаемыми в позднейших текстах, таковых как Багир и Зогар, однако я в целом воздерживался от указаний на них, ибо вовсе не очевидно, что СЙ приписывает Десяти Сфирот Белима то же символическое значение, какое усваивают им позднейшие каббалистические тексты. и Двадцать Две Буквы Основания «буквы основания» к греческому термину στοιχεῖα stoikheîa «стихийные буквы», обретаемому в платоновском «Тимее» (Scholem 1995, Major Trends in Jewish Mysticism, trans. Robert Alter, p. 77 n. 129). Некоторые переводчики предпочли передавать otyot yesod как «стихийные буквы» по аналогии с греческим термином. И всё же я решительно предпочитаю «Буквы Основания», ибо термин יְסוֹד yesod может подразумевать как «основание» в смысле первоначала, так и «основание» в смысле непрестанной опоры или подпоры, что прекрасно согласуется с описанием в СЙ букв как сопричастных и творению, и поддержанию мира.: Три Матери, Семь Пар и Двенадцать Простых Букв. «Матери» — на основании параллели с אָבוֹת avot «отцы» в СЙ 3:2 и 6:1. Однако сие грамматически своеобразно, ибо immot обычно является лишь сопряжённой формой множественного числа от אֵם em «мать», абсолютное же множественное число коего скорее אִמָּהוֹת immahot. Существуют и иные затруднения с истолкованием «матери». В обычной грамматической терминологии иврита термин «матери» закреплён за אִמּוֹת קְרִיאָה immot qeriʼah, «матерями чтения» (откуда латинское matres lectionis), буквами אהו״י Алеф-Хе-Вав-Йод, кои могут служить для обозначения как согласных, так и гласных. Вдобавок в СЙ 5:3 мы, очевидно, имеем случай, где immot выступает антецедентом к местоимению הֵם hem, коие служит исключительно для мужского рода множественного числа, хотя форма числительного shalosh «три» в shalosh immot свойственна именам существительным женского рода. Бытуют иные традиции, где сей термин в СЙ огласован взамен того как אַמּוֹת ammot «локти» или אֻמּוֹת ummot «народы». Что сие слово означает на самом деле, остаётся, таким образом, далеко не ясным, и Питер Хейман вовсе избежал сих двусмысленностей, переведя immot как «первичные буквы». (См. Peter Hayman (2004), Sefer Yeṣira.)

3Десять СЕФИРОТ БЕЛИМА — Счет десяти пальцев, пять против пяти, с Заветом Единого, утвержденным посредине, подобно слову языка и обрезанию половых органов. ‘слово’ и מִילַת milat ‘обрезание’. Оба предмета указывают на анатомическую сокровенность: слово, исходящее от языка, сокрытого во рту, и обрезание половых органов — сокрытых нижних органов, открываемых во время обрезания. Таким образом устанавливается связь между актом речи и актом обрезания, являющимися двумя формами творения и преображения согласно мысли СЙ. Другая ассоциация между речью, ртом и половыми органами, хотя связь (если таковая имеется) с СЙ неясна, обнаруживается в идиоме עָרְלַת שְׂפָתַיִם ʽorlat sefatayim ‘необрезанный устами’, вероятно, означающей того, кто неумел в речи, напр. [Исход 6:12]. Существует также пространственно-анатомический параллелизм между терминами, употребляемыми СЙ: язык, сокрытый вверху, половые органы, сокрытые внизу. В других местах СЙ ‘язык’ (или ‘клин’) предстает как символ центрального равновесия между двумя крайностями, напр. СЙ 2:1, 3:1, посему примечательно, что в этом стихе язык скорее изображен как один из двух бинарных полюсов. См. также СЙ 6:3, где язык — один из שְׁלֹשָׁה שׂוֹנְאִים Sheloshah Sonʼim ‘Трех Врагов’, вероятно, отсылка к לָשׁוֹן הָרָע Lashon Haraʽ ‘Злому Языку’, пороку сплетен или клеветы.

4Десять СЕФИРОТ БЕЛИМА — Десять и не девять, десять и не одиннадцать. Постигай с Мудростью и умудряйся с Пониманием; испытывай ими и исследуй из них. Поставь вещь в собрании пред её Создателями; верни Творца на Его Место.

5Десять СЕФИРОТ БЕЛИМА — Мера их десять; они не имеют края. Глубина ‘глубина’ здесь основана на метафоре עֲמֻקָּה ʽamuqqah ‘глубинность’ как символа божественной тайны, как встречается в библейской поэзии, напр. [Иов 11:8], [Псалтирь 64:7], [Екклесиаст 7:24]. Это, возможно, может быть понято в СЙ как означающее 'измерение', 'тайна' или 'мистическое измерение'. Начала, Глубина Конца; Глубина Добра, Глубина Зла; Глубина Верха, Глубина Низа; Глубина Востока, Глубина Запада; Глубина Севера, Глубина Юга. Единый Господь ЭЛ, верный царь, правит всеми ими из Своей Святой Обители, во веки веков и присно.

6Десять СЕФИРОТ БЕЛИМА — Облик их подобен виду молнии, и предел их не имеет края. Его Слово в них, бегущее и возвращающееся. По Его слову устремляются они, как вихрь; пред Его престолом они склоняются.

7Десять СЕФИРОТ БЕЛИМА — Конец их соединён с началом их, подобно тому как язык пламени связан с углем. Ибо Господь един, нет у Него второго — пред одним что можешь ты счесть?

8Десять СЕФИРОТ БЕЛИМА — Удерживай уста свои от речи и сердце своё от помышления. Если же побежит сердце твоё, вернись к месту, о котором сказано: «бегущее и возвращающееся». На сем положен завет.

9Десять СЕФИРОТ БЕЛИМА — Одна — Ветер БОГА Живого, Благословенно и Блаженно Имя Его, Тот, Кто Живет Вечно. «Тот, Кто Живет Вечно» или «Живущий Вечно» — характерное речение мистической и мидрашистской литературы, напр. [Хехалот Раббати 28:1] (часть литургии Йом-Кипура), [Зогар, Берешит 10:116], [Берешит Рабба 1:5]. Голос и Ветер и Речь — это Святой Ветер. обычно переводится «дух», особенно во фразе רוּחַ הַקֹּדֶשׁ ruach haqqodesh «Святой Дух». Но на самом буквальном уровне это означает «ветер», как в אַרְבָּע רוּחוֹת arbaʽ ruchot «четыре ветра», соответствующих четырем сторонам света, а также слышится в глаголе הֵרִיחַ heriach «обонять, вдыхать (ноздрями)». Ветер, безусловно, есть предвестник бури, библейский символ par excellence божественной теофании, что делает ветер могущественным символом божественного приближения. Тем не менее английские переводчики обычно чуждались посюстороннего символизма «Святого Ветра», много более предпочитая нематериальный «Дух» либо из богословского смущения, либо из почтения к традиции. Возможно, промежуточное понятие между нематериальным божественным приближением и материальным ветром передает «wisp», означающее как легкое веяние, так и призрачное присутствие, но «Holy Wisp» — выражение весьма блеклое. Но помимо лингвистической верности существует более интересная причина переводить רוּחַ ruach как «Ветер» в SY; см. SY 1:10 ниже.

10Два — Он изваял Ветер из Ветра, и им Он высек Двадцать Две Буквы Основания: Три Матери, Семь Пар, и Двенадцать Простых Букв. И Ветер — первая из них.

11Три — Он изваял Воду из Ветра, и ими Он высек тоху и боху, грязь и глину. Он изваял их подобно садовой гряде, воздвиг их подобно стене, заслонил их подобно потолочной штукатурке.

12Четыре — Он изваял Огонь из Воды, и им Он высек Престол Славы, и Колеса, и Огненных Змеев, и Святых Животных, и Ангелов Служения. И из трех их Он основал Свою Обитель, как сказано: «Он творит ветры Своими ангелами и пылающий огонь — Своими служителями».

13([Согласно изданию Мантуи 1562 года, версии, как написано в Оцер Хашем и у Рамбама:] Пять — Три из Простых Букв — Он запечатал Ветер посредством трех и утвердил их внутри Своего Великого Имени, Йод-Хей-Вав.) [Верная версия:] Он избрал 3 из простых букв с тайной 3 Матерей, Алеф-Мем-Шин, и Он утвердил их внутри Своего Великого Имени. Ими Он запечатал 6 Граней. Пять — Он запечатал Вверх и обратился кверху и запечатал его Йод-Хей-Вав. Шесть — Он запечатал Вниз и обратился книзу и запечатал его Йод-Вав-Хей. Семь — Он запечатал Восток и обратился вперед и запечатал его Хей-Йод-Вав. Восемь — Он запечатал Запад и обратился назад и запечатал его Хей-Вав-Йод. Девять — Он запечатал Юг и обратился вправо от Себя и запечатал его Вав-Йод-Хей. Десять — Он запечатал Север и обратился влево от Себя и запечатал его Вав-Хей-Йод.]

14Вот Десять СЕФИРОТ БЕЛИМА: Одно, Ветер Бога Живого; и Ветер от Ветра, и Вода из Воздуха, и Огонь из Воды; и Вверху и Внизу, и Восток и Запад, и Север и Юг.